Информация о проекте Путеводитель по археологическому парку Ангкор Общение на форуме
На главную страницу Вернуться к оглавлению раздела ''Барельефы Ангкор Вата''




Южная галерея

Западное крыло южной галереи

Эта часть южной галереи, имеющая протяжённость сто двадцать метров, иллюстрирует жизнеописание короля Сурьявармана II («защитник Солнца»), принявшего посмертное имя Парамавишнулока («вошедший в божественный мир Вишну»). По непонятным причинам, он стал первым кхмерским королём, чей портрет был увековечен в камне. Сурьявармана II прославился как король-воин, значительно расширивший свои владения и укрепивший власть, и как король-зодчий, чья созидательная воля воплотила великий замысел строительства Ангкор Вата. Две главные сцены этого панно показывают обе эти стороны его личности.

Западная часть барельефа изображает аудиенцию Сурьявармана II. Он восседает на богато инкрустированном троне, ножки и подлокотники которого вырезаны в виде голов нагов. Вся его поза выражает спокойствие, величие, власть и положение. Голову короля венчает остроконечный мукут, двойная перевязь чеканного золота перекрещивает обнажённый торс, запястья, плечи и лодыжки украшают браслеты, а шею и талию - массивное ожерелье и пояс. В левой руке король держит традиционный нож, называемый кхмерами камбат-бонтух, а в правой руке можно заметить длинный предмет, весьма напоминающий обезглавленную змею. Вероятнее всего, это определённые символы, чьё значение легко читалось современниками, но нам ещё предстоит его постигнуть.

Вся эта картина является уникальным и точным портретом придворной жизни во времена расцвета империи. Короля окружают десятки коленопреклоненных носильщиков зонтов и опахал. Их огромное количество подчёркивает его недосягаемое величие. Перед троном правителя проходит процессия придворных дам, ранг каждой из которых можно легко определить по богатству и тонкости инкрустации её паланкина. Стоя на коленях, один из придворных держит в руках свиток, по-видимому, прошение. Остальные с трепетом ждут решения короля, приложив руки к сердцу в знак преклонения перед ним.

В восточной части панно изображено проявление военного могущества Сурьявармана II. Полководцы, в доспехах и при оружии, в полный рост стоят на спинах свирепых боевых слонов, взирая сверху на своих воинов: пехоту и кавалерию. Звание  военачальников обозначено числом зонтов, их окружающих. Военный парад возглавляет король, которого можно узнать не только по самому большому их числу, но также по оружию, считавшемуся символом царской власти. Это пкхак – разновидность боевого топора или алебарды, имеющего очень характерную рукоять, загнутую наподобие клюки.

Далее парад теряет своё военное значение и уступает место пышному религиозному шествию брахманов, готовящихся воздать почести деварадже. Эта процессия проходит под неусыпным оком высшего священного королевского жреца – хотара. Его можно отыскать в паланкине позади торжественно несомого на плечах ковчега, в котором пылает ещё один символ царской власти – священный огонь. Процессию предваряют шуты и музыканты, трубящие в раковины и бьющие в барабаны и гонги. Длинную процессию замыкают сиамцы, в своих странных широких юбках и с высокими причёсками, напоминающими «хохолок» ананаса, придававшим им дикий вид, благодаря чему их долго принимали за представителей варварских племён.

Восточное крыло южной галереи

В этой галерее шестидесятиметровой длины находится панно, посвящённое суду Ямы и сценам ада и рая. Отдельные изображения сопровождаются короткими эпиграфическими надписями, из которых следует, что по представлениям кхмеров существует 32 уровня ада и 37 райских уровней. В индуизме и буддизме ни страдание, ни блаженство не вечны. Душа, попавшая в адские тонкие сферы бытия, может получить избавление от мук посредством совершения жертвоприношений воды и пищи потомками умершего в его последнем воплощении. Так же и райское блаженство – просто передышка на трудном пути души к достижению единственной истинной ценности, нирваны. Если к моменту окончания очередного периода творения душа всё ещё остаётся в райских или адских измерениях, она получает возможность снова воплотиться в одном из нескольких миллионов типов тел и достичь, наконец, самосознания.

Гаруда-пурана так живописует бога Яму, Владыку Преисподней, локопалу Юга, Царя Смерти и Справедливости:

«Громыхающий, как туча во время пралайи, черный, как гора сажи, ужасающе сверкая оружием, как молниями, в своей тридцатидвухрукой форме, ростом с три йоджаны, с глазами, подобными колодцам, с зияющим ртом, из которого торчат огромные клыки, с красными глазами и длинным носом».

Обязательными его атрибутами являются железные прутья и петля, с помощью которой он извлекает из тела душу. Все его слуги так же ужасны обличием и исторгают рёв, навевая ужас на грешников.

Изображение столь кошмарных чудовищ не было в почёте у кхмеров, они тщательно избегали подобных картин. Вместо этого душераздирающего зрелища перед зрителем предстаёт вполне благообразный Яма, восседающий на своём вахане, чёрном буйволе. Ему отдаются почести, как царю, о чём ясно свидетельствует множество окруживших его зонтов, опахал и слуг. Его драгоценные одеяния, перевязи, конический мукут и украшения полностью соответствуют изображению особы самого высочайшего ранга. Его слуги тоже не внушают страх. Если бы не девять пар рук, каждая из которых сжимает прут, то его вполне можно было бы перепутать с каким-нибудь кхмерским монархом, совершающим приятную верховую прогулку.

Налево ведут две дороги: одна в рай, другая в ад. Всезнающий писец Читрагупта, докладывает своему господину о грехах и благих делах каждого умершего, затем царь Справедливости решает его судьбу. Его посланники Прачанда и Чандака («свирепый» и «ужасающий»), ударами палок заставляют те грешные души, что заслуживают наказания, отправиться в преисподнюю.

Бордюр из Гаруд, подобно атлантам поддерживающим небеса, непреодолимой стеной разделят ад и рай. Изображение последнего довольно однообразно, скучно и монотонно. Праведники, окружённые преданными слугами, блаженствуют в сияющих золотом и драгоценными камнями воздушных дворцах. Им услаждают танцами и дарят свою любовь прекрасные апсары, они вкушают изысканные яства и нектары. Блаженство и набор удовольствий не просто продолжают оставаться вполне земными, но ещё и очень напоминают «мужской клуб». Как вознаграждаются праведные женщины не вполне ясно, также слабо раскрыта тема райской прислуги.

При передаче художниками сцен адских страданий явственно чувствуется прекрасное знание материала, полученное не понаслышке. Несчастных избивают, ломают им кости, жгут, поджаривают, протыкают копьями, рассекают на части, подвешивают, распиливают и заливают в горло расплавленный свинец. Вполне вероятно, что все эти пытки были подсмотрены в реальной жизни. Абсолютная власть открывала садистской фантазии неограниченный простор в изобретении новых способов казни врагов и преступников. Не вполне понимая, что же такое счастье, подданные девараджи ясно представляли себе мучения.

Предыдущая страница Следующая страница
Уведомление об авторском праве