Информация о проекте Путеводитель по археологическому парку Ангкор Общение на форуме
На главную страницу Вернуться к оглавлению раздела ''Ангкор Тхом''




Ангкор Тхом

Годы строительства:

конец XII – начало XII века

Религия:

Буддизм

Король:

Джаяварман VII (посмертное имя Махапарамасангатапада)

Стиль:

Байон

Расчистка:

1908, 1944-1946, 1955, 1960

Анастилоз:

не применялся

Работы под руководством:

Коммая, Маршаля, Глеза, Гролье

 

Продолжительность визита:

в соответствии с индивидуальным планом осмотра памятников

Время визита:

в течение дня

В 1181 году будущий кхмерский король Джаяварман VII одерживает на озере Тонлесап долгожданную победу над флотом чамов. После четырёхлетней оккупации Яшодхарапура была освобождена, но все деревянные постройки города оказались уничтожены пожаром, а все храмы безжалостно разграблены. Столица отстраивается почти на прежнем месте, её центр перемещается всего лишь на два километра к северу, но эти изменения, на первый взгляд исключительно косметические, были инициированы космическими по масштабу реформами во всех сферах жизни империи. Принятие в качестве официальной религии буддизма махаяны способствует упрочению внешнеполитической позиции государства, парадоксально возведя власть девараджи в абсолют. Благодаря развитию экономических и культурных отношений с буддистскими странами, достижению сверхпроизводства в сфере сельского хозяйства, стремительному расцвету международной и внутренней торговли, Камбуджадеша вступает в золотой век.

Буддизм, с его идеей социального равенства, удаётся очень быстро примерить с догмами культа девараджи и даже взаимно укрепить обе религии. Почитание бодхисатвы, то есть богочеловека, получает единение с культом девараджи, то есть бога-короля, в который раз убеждая, что кхмерский правитель является земным воплощением Создателя. Симбиоз мифологии и действительности приобретает гипертрофированный вид и воочию являет себя в главном храме новой столицы нового правителя. Джаяварман VII ощущает в себе силы взять в свои руки всю власть и провозглашает идею государственной централизации. Байон становится символом не только центра столицы и империи, но и всей вселенной. Лики Байона - это Авалокитешвара милосердный, чей взор устремлен на четыре стороны света, дабы хранить всё живое. В то же время, это и Джаяварман VII в аспекте бодхисатвы Авалокитешвары, бдящий о каждом уголке Камбуджадеши, тем являя вездесущность и всемогущество короля, власть и покровительство которого распространяется на всякого из его подданных.

Новый диалектический виток в развитии идеологической пропаганды, с многократной силой прославляющей чудесные деяния божественного монарха, в то же время начинает процесс немыслимого транжирства ресурсов империи. Но тогда ещё казалось, что богатству несть числа. Город, призванный свидетельствовать о том, что является творением божества, строится с доселе невиданным размахом. Основной темой становится миф о пахтанье Молочного океана. Байон, чьи башни сияли золотом, как вершины священной Меру, играет роль взбивающей его мутовки. Перед воротами столицы вереница богов и демонов тянет тело обвившего храм змея Васуки, производя нектар бессмертия империи, её несметные богатства и даруя победу над врагами.

Кажется удивительным, что, вопреки своему вселенскому значению, символизирующий Меру храм-гора, был построен без непременных атрибутов, свойственных сооружениям подобного рода. Ведь Байон не имеет ни ограды, изображающей горные цепи, ни рвов, воплощающих первородный космос. Но они образованы стенами и рвами самого Ангкор Тома, с городскими воротами вместо гопур. Фактически, не храм находился в городской черте, а целый  город располагался на храмовой территории.

Демонстрация превосходства духовной власти над светской, а божественной ипостаси девараджи над человеческим началом, была заложена в самом плане столицы. Ангкор Том представляет собой квадрат крепостных стена высотой до 8 метров со стороной более 3 километров и окружён рвом шириной 100 метров. Внутри, вдоль крепостных стен, тянулась насыпь шириной 25 метров, поверх которой была проложена дозорная дорога Каменные стены, сменившие собой деревянные укрепления Яшодхарапуры, завершались нависавшим профилированным карнизом, поверх которого шёл металлический гребень, ощетинившийся острыми металлическими наконечниками. Ровно посередине, стены города прорезаны въездными воротами, ведущими к осевым лестницам Байона. Таким образом, сам план города подчёркивает духовную основу государства, но авторитет державы был обозначен особо. С восточной стороны крепости, на 515 метров севернее осевых ворот, есть ещё одни, называемые Ворота Победы. Проходящая через них дорога Процессий, соединявшая храм Та Прохм с дворцом, считалась центральной улицей Ангкор Тома. От главных ворот открывалась перспектива на сияющий золотой крышей королевские палаты – средоточие светской власти. Всякий, вошедший в святой город через Ворота Победы обязан был поклониться во все стороны, отдав дань уважения храмам и дворцу.

Осевые дороги делили город на четыре равные части. Северо-западный квадрат занимал королевский дворец, а северо-восточная часть была застроена дворцами членов семьи короля и высшей знати, а также предназначалась для размещения гвардии и слуг. Юго-запад был отведён под живописно распланированный парк с искусственными бассейнами и фонтанами. Здесь были собраны редкие растения, не встречающиеся нигде в Камбодже. Эта часть города сохранила самое большое количество руин небольших сооружений, большая часть которых представляет собой лишь фундамент. По всей видимости, парк служил не только для удовлетворения эстетических чувств. В нём располагалось великое множество ашрамов, в которых отшельники и аскеты предавались молитвам и медитации, занимаясь духовным самосовершенствованием. Вполне возможно, что часть развалин является остатками ашрамов, представлявших собой прямоугольные в плане деревянные сооружения, отштукатуренные внутренние стены которых были покрыты фресками на религиозные мотивы. Снаружи они окружались галереями, с установленными в них статуями Будды и других святых.

В юго-восточной части располагался квартал, занятый постоялыми дворами, лавками, рынками и складами. Купцы с Востока, Индии и даже из Европейских стран продавали и покупали, вернее, обменивали здесь товары, тут же находились посольства иностранных держав. Довольно странно, но несмотря на бурную международную торговлю кхмерские короли не чеканили монеты в период между III и XVI веками. Всюду использовался в качестве денег другой всеобщий эквивалент, рис, который являлся одним из основных продуктов экспорта. Лишь в редких случаях его заменяли в расчётах небольшие кусочки серебра или золота, которые просто отрубали от слитков.

Вопреки устоявшемуся мнению, в стенах города проживали лишь избранные. Основное население Ангкор Тома, насчитывавшее миллион человек, селилось в радиусе десятков километров вокруг столицы. В непосредственной близости стояли кварталы, в которых жили священнослужители, прорицатели, жрецы, астрономы, маги, колдуны, музыканты, архитекторы, скульпторы, высокопоставленные государственные служащие, военные, ростовщики и наиболее богатые купцы. Ближе к окраинам шли дома неисчислимой армии ремесленников, мелких торговцев, служащих и солдат. Предместья напоминали скопления небольших деревенек и были заселены крестьянами, обрабатывавшими принадлежащие храмам бесконечные рисовые поля.

Чжоу Да-Гуань свидетельствовал, что в Камбуджадеше действовал строжайший «табель о рангах» в отношении жилищ. Законом устанавливалось не только местоположение дома по отношению к королевскому дворцу или городским стенам, социальный статус и ранг владельца определял размеры строения, количество комнат, используемые строительные материалы, внутренняя отделка и внешнее оформление дома.

Ангкор Тхом включил в себя некоторые ранее построенные храмы, наиболее известными из которых являются Бапхуон и Пхимеанакас. Но несмотря на то, что в части деревянных светских сооружений столица была полностью отстроена заново, она не получила нового имени. Даже в XIV веке упоминается её прежнее название, Яшодхарапура. В результате неверной идентификации главного храма-горы, долгое время считалось, что Ангкор Тхом и Яшодхарапура суть одно и то же. Последнюю точку в продолжительном научном споре поставили исследования Виктора Викторовича Голубева. В 1931 году, впервые применив здесь аэрофотосъёмку, он обнаружил руины ограды у подножья Бакхенга и окружавшие его многочисленные следы каналов, рвов, лестниц, террас, мостов, свидетельствующих о том, что Пном Бакхенг, а не Байон, как считалось ранее, был «Центральной горой» (бнам кантал) прежней столицы. В упоминаемой в эпиграфической надписи храма Сдок Как Тхом говорится, что именно в Пном Бакхенге верховный жрец Шивашрама воздвиг священную лингу Яшовармана I.

Исследования Голубева разрушили ещё один миф, в соответствии с которым выдвигалась гипотеза о неукоснительном нахождении государственного храма в геометрическом центре столицы. Составленная карта показала, что это предположение не соответствует истине. В правление Яшовармана идеология ещё не требовала столь строгого обозначения средоточия духовной жизни всей империи, а архитектура не стремилась её реализовать.

Предыдущая страница Следующая страница
Уведомление об авторском праве